Нейросеть ждет подсказок: как «Вечерняя Москва» использует искусственный интеллект

Источник: 

Вечерняя Москва
Нейросеть ждет подсказок: как «Вечерняя Москва» использует искусственный интеллект

Изображение: Артур Новосильцев / АГН Москва

Идея создания нейронных сетей родилась еще 80 лет назад. Тогда это казалось чудом, а сегодня даже школьники с ними знакомы. «Вечерняя Москва» расскажет, как использует их в своей работе.

Вы наверняка заметили, что и к новелле «Дом ветра», опубликованной в газете, рисунки сделаны тем же художником, чье творчество так нравится вам. Разумеется, у иллюстраций к новеллам есть автор. Точнее, их два. Один — наш замечательный художник-дизайнер Виктор Егоров, второй, вернее, вторая — нейросеть, искусственный интеллект. Работают они в паре, друг друга хорошо понимают. А как происходит это взаимодействие, расскажет сам Виктор.

— Давайте я начну с небольшого экскурса в историю. Саму идею нейронных сетей ученые из Чикагского университета Маккалоу и Питтс предложили еще в 1944 году. А первую обучаемую нейросеть продемонстрировал психолог Корнеллского университета Розенблатт в 1957-м. СССР от зарубежных коллег не отставал. В конце 1960-х годов Иваном Ищенко и Юрием Шестопаловым, работавшими в Институте точной механики и вычислительной техники (ныне Институт проблем управления им. В. А. Трапезникова РАН), была создана нейросеть для решения задач классификации и распознавания образов — «Анализатор Ищенко — Шестопалова». Затем развитие нейросети пошло семимильными шагами...

Что касается меня, то учился я в художественной школе, но высшее образование получил техническое — окончил Институт инженеров геодезии аэрофотосъемки и картографии. Первый компьютер купил себе, когда начал работать, и потихоньку занялся изучением его возможностей: и сам ковырялся, ну и умные книжки читал. А когда появились нейросети, заинтересовался их возможностями. Пока я еще в начале пути, ничего особенного не делаю. Те, кто увлекается нейросетями, пишут об этом, делятся опытом, и я подписан на различные так называемые паблики, изучаю их, благо люди показывают свои работы и пишут, как у них получилось то-то и то-то.

С нейросетями не все так просто. Для создания нужной картинки надо хоть немного разбираться в живописи, как минимум отличать масло от акварели, и совсем хорошо, если у тебя за плечами хоть краткий курс истории искусств. Эти знания очень расширяют возможности художника при работе с нейросетями, поскольку для получения нужного результата важно точно задавать параметры этого желаемого. Пока то, что получается, мне самому отчасти кажется волшебством, чудом, но для создания этого волшебства нужен четкий сценарий или шпаргалка. Происходит все так: допустим, я получаю от шеф-редактора еженедельника задание: вот текст, и нам бы хотелось увидеть такого-то персонажа в таком-то интерьере.

В нашем варианте заранее задается стиль изображения. Художник, который работал с нашими текстами раньше, писал акварелью, и мы будем создавать рисунок под акварель — зачем нарушать традиции? А вообще нейросети способны создавать рисунки даже под стиль конкретных художников — Леонардо, Рафаэля, Рембрандта...

Кому-то может показаться, что наши рисунки сделаны с фотографии, но они при данной технологии не используются. В нашем случае куда важнее упомянутая шпаргалка. Допустим, одна из последних иллюстраций создавалась по таким параметрам: семидесятилетний мужчина сидит в библиотеке, читает газету. Дальше задавались четкие параметры композиции. Потом нужно было выбрать стиль: например, мы не пишем, что иллюстрацию нужно исполнить в стиле Рембрандта, но указываем «стиль рококо». Важно также задать свет, освещение, угол якобы снимающей эту картинку камеры, крупный нужен план или сверхкрупный, а может, околодиагональный угол, будто ты смотришь сверху.

А после этого создается антиописание — то есть то, чего ты видеть на рисунке не хочешь. Исключаются, допустим, косые глаза, шестипалые руки и так далее. Когда я делал одну из первых картинок, нейросеть изобразила грузчиков. У них колени и руки гнулись не в ту сторону, куда положено, а на руках было по шесть пальцев, было и смешно, и страшно. В общем, в итоге вы получаете два блока «пожеланий»: положительных и отрицательных.

Вот сейчас я делаю картинку для следующей новеллы. Мне нужен человек в кимоно, мужчина, и я описываю: сидит он, стоит, курит ли, смотрит в небо, какое при этом освещение.

Работать с нейросетью любопытно: она быстро учится, исправляет свои ошибки. Для нее не проблема воссоздать образец картины по заданным параметрам, но это никому не нужно, нужны варианты. Она легко и быстро создает объекты в 3D, а раньше этим занимались только специально обученные художники. А некоторые картинки нейросеть уже научилась анимировать — то есть они способны двигаться!

Хотя мы небольшой кусок хлеба у художников, очевидно, отбираем, считаю, что до полноценного разума нейросети далеко. Я воспринимаю ее как некий алгоритм. И она обладает колоссальным ресурсом — у нее в распоряжении весь интернет. В общем, мне нравятся эти эксперименты. И их результат, по-моему, не так плох!