Назад

Газета, которая приходит всегда

В минувшие выходные до магазинов и киосков, а главное — до своих читателей не добрались десятки британских газет, которые печатаются в типографиях, принадлежащих Руперту Мердоку. Экоактивисты из движения Extinction Rebellion перекрыли выезды из трех типографий, так что фуры не смогли вывезти тиражи изданий.

Экоактивисты недовольны тем, что пресса уделяет мало внимания проблемам потепления климата. По иронии судьбы читатели газеты The Sun, попавшей под блокаду, из-за этих протестов не смогли увидеть интервью с одним из главных защитников природы Дэвидом Аттенборо. Но данная ситуация касается, конечно, печатных версий — подписчики всех этих газет получили электронную версию и никак не пострадали. А пострадали как раз старые и верные читатели, привыкшие держать в руках газеты в их традиционном бумажном виде — многие постоянные подписчики просто не пользуются интернетом. Да-да, мы как-то забываем, что в мире, даже в благополучной Англии, совсем не все сидят в интернете.

В самом начале локдауна соседка позвонила мне и сообщила, что она бросила в мой почтовый ящик новый (мартовский) номер нашего ежемесячного деревенского журнала Luppitt Packet, который выходит, конечно же, на бумаге. Соседка, которая занимается распространением журнала, с гордостью рассказала мне (а потом я прочла на его страницах), что Luppitt Packet напечатан и доставлен с соблюдением всех правил карантина. Когда я спросила ее, зачем вообще делать бумажную версию в наши непростые времена, когда можно просто все перенести в электронный формат, Перл, так ее зовут, сообщила мне, что отнюдь не все жители нашей деревни пользуются интернетом. Наше деревенское издание — это феномен. Не знаю, многие ли английские деревни выпускают свой журнал, но Luppitt Packet выходит уже 35 лет. Я читаю его почти пять лет — все годы, что я живу здесь — с огромным удовольствием. В нем не только сухие отчеты о заседаниях Приходского Совета депутатов, хотя есть и это. Но и отчеты интересны. Кого не может волновать новость о том, что там-то и там-то заделаны ямы на дорогах… В последнем (сентябрьском) номере выносится благодарность двум фермерам за то, что они вовремя убрали упавшее на дорогу дерево, перекрывшее проезд. Информация о том, что в ответ на жалобу кого-то из жителей деревни, что где-то на деревенском пустыре слишком громко играла музыка, члены Совета объяснили, что в их обязанности не входит вмешательство в частную жизнь, меня особенно порадовала. Наверное, это дело полиции, а не депутатов (нарушение общественного порядка), но как раз в отчете о последнем заседании Совета читателям сообщают, что на заседании обсуждался вопрос, что в деревне как-то слабо представлена полиция.

Это, конечно, мягко сказано: за все время, что я здесь живу, полицию я видела всего один раз у себя на участке, когда мои собаки поранили принадлежащую одному из местных фермеров овцу. Про этот эпизод, к счастью, деревенские хроники умолчали, хотя слух о приехавших из России злобных и невоспитанных собаках быстро разнесся по округе, и наша репутация была подмочена навсегда. Убийство и даже ранение скота в Англии считается серьезным преступлением и карается строго, вплоть до расстрела. По закону фермер имеет право пристрелить собаку, которая «беспокоит» его скот, так что нам тогда еще повезло: я отделалась лишь формальным предупреждением. Говоря о необходимости укрепить связи с полицией, Совет признал, что в нашей деревне преступность находится на низком уровне, что тоже радует.

Этот сентябрьский номер, как и все номера журнала, делали волонтеры, а пишут для него и разносят по домам местные жители. В Luppitt Packet есть истории о прошлом деревни, мемуары жителей, фотографии и даже карикатуры. В одном из номеров я недавно прочла рассказ, судя по всему, глубокого старика, о том, как он в 16 лет, когда началась война, записался в армию, дошел до Берлина, а после победы охранял в тюрьме Шпандау Рудольфа Гесса. В каждом номере журнала, наряду с заметками садовода, объявлениями и рекламой местных умельцев, есть и юмористическая колонка. Некий автор под псевдонимом Лаппитус рассказывает о бурной жизни нашего маленького паба, состоящего из одной малюсенькой комнаты, 97-летняя хозяйка которого, Мэри, лишь недавно отошла от дел. Про бурную жизнь — это, конечно, шутка. После локдауна паб Luppitt Inn снова открылся в июле. Но поскольку в такой маленькой комнате, где за одним столом помещается максимум пять человек, соблюдать социальную дистанцию весьма затруднительно, посиделки возможны только на улице за одним столиком во дворе.

Центр жизни нашей деревни — старинная норманская церковь St Mary. Здесь проводят разные благотворительные акции, ее викарий и ректор организовали помощь нуждающимся жителям деревни во время локдауна и продолжают оказывать им поддержку. Пока церковь была закрыта, службу можно было смотреть по Zoom, а для тех, кто не пользуется интернетом, есть специальные телефонные номера (в каждом выпуске Luppitt Packet они приводятся), по которым можно позвонить и прослушать запись службы. В последнем номере журнала вместо редакционной статьи — письмо викария. Он говорит о том, что чувство общности сегодня, после шестимесячного локдауна, так же необходимо, как и во время Второй мировой войны. Эту общность дает церковь и, конечно же, ежемесячный деревенский журнал.

Между тем, у нас начались первые богослужения, правда, пока только во дворе церкви, то есть прямо на погосте, среди могильных плит. Следующая служба состоится там же, как сообщает мне Luppitt Packet, по случаю праздника урожая в конце сентября.


Маша Слоним

Читайте также

все новости